Аримойя.
Ангел
Аримойя
Историко-философский портал.
Роза Мира

Бон

Бон – древняя тибетская религия. Согласно последним исследованием данная религия представляет собой один из локальных вариантов еще более древней иранской религии – митраизма.

История

Страна Тибет, которую сами тибетцы называют Бод, — это прежде всего южная часть Тибетского нагорья, где расположена протянувшаяся на сотни километров с запада на восток долина реки Цанпо (Брахмапутра). Именно здесь, в этой долине и в примыкающих к ней более мелких долинах, возникает в первое пятисотлетие нашей эры тибетская цивилизация. Вероятно, тибетское название этой страны Бод восходит к тибетскому слову долина (пху). Население этого района занималось разведением крупного и мелкого скота. Вероятно, им было известно также земледелие.
Начало своей государственности сами тибетцы относят к 127 г. до н.э., который соответствует первому году тибетского летоисчисления «Годы царей». Считается, что именно в это время началось правление первого тибетского царя Някхри-цэнпо. Ко времени этого царя тибетские историки относят и распространение среди тибетцев так называемой религии бон. Что означает это слово бон — точно неизвестно, тем более, что оно, вероятнее всего, нетибетского происхождения. Суть этой религии, которая сохранилась среди части тибетцев до наших дней, состоит в вере в разных богов и духов, почитании звезд, планет и т.д. Такой она выглядит с внешней стороны для постороннего наблюдателя.
Тибетские источники разного времени по истории религии бон и по истории буддизма единодушны в том, что религия бон впервые возникла в Персии задолго до начала нашей эры, откуда она впоследствии проникает в Центральную Азию. Эти тибетские традиционные сведения не противоречат известным историческим фактам и данным археологии.
«Согласно традиции бонпо, из Шаншуна происходит высшее учение бон, известное как юндрун-бон — традиция вечной мудрости, принесенная буддой по имени Тонпа Шенраб Миво, который был принцем и духовным учителем в древнем царстве Тазиг в Центральной Азии задолго до появления в VI в. до н.э. Будды Шакьямуни в северной Индии. Учение этого центральноазиатского будды было переведено с языка царства Тазиг на язык Шаншуна, а позднее — на тибетский язык. Это последнее событие началось во время второго исторического царя Тибета Мути-цэнпо за сотни лет до появления индийского буддизма в Центральном Тибете. Таким образом, в Тибете существовали письменные памятники целой цивилизации задолго до прихода индийского буддизма в VIII в. н.э., а тибетцы — наследники древней цивилизации, не менее блестящей, чем древние цивилизации Индии и Китая»! (Д. Рейнольдc. Институт по изучению религии бон// Гаруда. 1992. Вып. 2,)
Высказывание Рейнольдса радикально, но оно точно отражает уже сложившуюся научную концепцию — Тибет мог стать преемником и хранителем индийского буддизма благодаря тому, что уже был наследником более древней духовной культуры. И мы, благодаря Б. И. Кузнецову, с большой степенью вероятности, можем считать, что это был древнеперсидский митраизм.

Карта страны «Олмо».

Переходим к анализу тибетской географической карты. Она называется «Карта страны Олмо (т.е.) Ирана, Крайнего Шаншуна». Обитаемый мир, земля, на карте обозначен в виде квадрата, омываемого Окружающим, то есть мировым, океаном. На карте имеется тибетское указание на расположение сторон света: север — юг (слева направо) и восток — запад (сверху вниз). Квадрат в центре карты, т.е. земля, покрыт названиями стран и народов. Единственное название, которое легко поддается отождествлению, — это «Страна саков», расположенная на северо-востоке.
Действительно, на северо-востоке Ирана когда-то находились саки, но только до II в. до н.э. В середине II в. до н.э. они были вынуждены покинуть эти места под напором иранских племен юе-чжи, которых, в свою очередь, вытеснили хунну из Центральной Азии. В конечном счете, саки обосновались в Восточном Иране, который до сих пор сохранил их название (Сеистан, или Сакастан).
Но ключом к раскрытию карты все же является столица древнего Ирана, которая помещена в самом центре карты и называется Барпосоргьяд. Это название может соответствовать Пасаргадам (иран. Парсогард, или Парсоврдана), т.е. городу парсов, или Персеполю греческих авторов. Название Парсогард не встречается в древних иранских памятниках и документах. Оно восстановлено на основе греческого варианта Персеполис (греч. Город парсов) и искаженной греческой транскрипции Пасаргадай (от иран. Парсогард, т.е. Город парсов/персов). Первые три слога тибетской транскрипции (бар-по-со) можно читать как бар-со, так как буквы п и с в тибетских рукописях имеют часто одинаковое написание. Кроме того, в тибетских рукописях встречается и вариант Барсоргьяд.
На север от Пасаргад, согласно карте, находится священная гора Юндрун-Гуцег. Столица окружена четырьмя садами, или парками; около нее находятся хрустальные столбы. Из тибетских примечаний к карте видно, что около Пасаргад было пять гор (может быть, просто холмов), на которых были расположены главные святилища. В тех же местах были расположены шестнадцать царских гробниц.
Из других тибетских источников известно, что царский дворец в Пасаргадах был построен из глины, камней и цветного дерева. «На юг от горы Юндрун-Гуцег в мощных стенах (длиной) в четыре пагцада] находится царская резиденция Пасаргады. Дворец (царя) создан из восьми сортов драгоценностей, каждая сторона его (длиной) в четыре гян-граг.. За Пасаргадами последовательно находится великий и неизмеримый город (поселения) под названием Янпачан».
Обращает на себя внимание неоднократно встречающееся в тибетских бонских книгах упоминание города (поселений) Янпачан, к которому принадлежала царская резиденция Пасаргады. В одном из бонских источников говорится, что основатель религии бон учитель Шенраб (Совершенный жрец) родился «...в западной стороне, в Иране-Шамбале, в так называемом городе Янпачан, в центре, который подобен переместившемуся (сюда) небесному месту богов, во дворце Пасаргады».
Само название вполне переводимо с тибетского как обладание шириной. В тибетских буддийских книгах Янпачан является переводом на тибетский названия индийского города Вайшали, но в данном случае совсем не исключено, что тибетцы переосмыслили и переделали на свой лад название знаменитого эламского города Анчан, откуда были родом Ахемениды, придав этому названию более знакомую и понятную им форму Янпачан.
В древнейшее время Персида, расположенная в южной части Ирана, относилась к сфере эламской культуры. По мнению одних ученых, в пределах Персиды находилась древняя эламская область Анчан, упоминаемая в памятниках с III-го тысячелетия до нашей эры. По мнению других, Анчан находился в центре или на северо-востоке собственно Элама. Эламские правители называли себя «царями Анчана и Суз». В VII в. до н.э. Анчаном называлась, по-видимому, отдельная от Элама область.
Далее, на крайнем севере от Пасаргад находится местность «поселения (город, города) верхних даба-ру», которая соответствует древнему Тапуристану (по названию племени тапуров), или Табаристану в трудах средневековых арабских географов. Эта область соответствует современному Мазендерану, расположенному вдоль южного побережья Каспийского моря. (Вероятно, именно это море называется на нашей карте как «Бури очень страшные», так как на карте оно расположено как раз севернее тапуров.)
Восточнее тапуров, северо-восточнее столицы, находится уже упоминавшаяся Страна саков, южнее которой лежит страна Абадара, т.е. Бактрия, располагавшаяся на территории современного Афганистана, одна из провинций древнего Ирана.
Южнее тапуров и севернее Пасаргад на карте обозначена страна «свирепых племен мэд» и область Ома-Бьям-Скья. В древности район между Персидой и тапурами занимала страна Мидия (Мэ-да), которая, очевидно, на нашей карте называется Мэд. Судя по тибетским источникам, «Страна свирепых племен мэд» и область «Ома-Бьям-Скья» являются названиями одного и того же государства — Мидии. На карте они находятся рядом и расположены между тапурами и Пасаргадами.
На карте область, занимаемая племенами мэд, называется линг, т.е. континент, тогда как Ома-Бьям-Скья — это юл (страна, область, район). Но в «Биографии Шенраба» («Зермиг»), о которой подробнее будет сказано ниже, племена мэд не упоминаются, а речь идет только о стране Ома-Бьям-Скья, которая на севере граничит непосредственно с Ираном (Персидой) и является его главным врагом. В той же «Биографии Шенраба» дается подробное ее описание и говорится, что столицей этого государства была крепость Дана (т.е. Экбатаны).
Сопоставим европейские сведения о Мидии с тибетскими («Зермиг», гл. V). До VI в. до н.э. мидяне представляли собой союз из шести племен (Геродот, I, с. 101). Они занимались земледелием, но основным их занятием было скотоводство, особенно коневодство. Мидия «...была разбита на множество самоуправляемых и независимых "стран", во главе которых часто... стояли царьки». Одним из мидийских племен были маги, которые, сохраняя свою племенную организацию, являлись своего рода религиозной группой, профессиональными жрецами, совершавшими разного рода обряды и заклининия. У магов одним из главных жертвенных животных была лошадь. В середине VI в. до н.э. вспыхнула война между мидийским вассалом Киром II Ахеменидом — правителем Персиды с центром Пасаргады, и мидийским царем, в ходе которой мидийская армия была разгромлена, а столица Мидии Экбатаны разграблена победителями. Это было началом создания великой Персидской империи.
.
О той же эпохе и тех же самых событиях в тибетском источнике («Зермиг», гл. V) сообщается следующее. Страна Ома-Бьям-Скъя управляется не одним царем, а князьями, во главе которых стоит «сильный князь». Жители ее — колдуны и волшебники (ср. маги). Хотя они верят в тех же богов, что и персы, но весьма отступились от принятых обычаев и даже впали в ересь, отрицая существование рая. Они приносят в жертву лошадей, что рассматривается их противниками-персами как преступление. Персы, начиная свою первую войну против этой страны, утверждают, что руководствуются только гуманными и религиозными соображениями. Их цель — спасти жителей от ереси и вернуть их в лоно истинной религии. Дело кончается разгромом неприятельской армии персами и захватом всей страны, включая крепость Дану (Экбатаны).
На запад от Пасаргад по нашей карте находится страна Хос, или Хосмо, которую можно отождествить с городом и областью Сузы (совр. Хузистан), древнее название которой было Шушун.
Западнее страны Хос (Сузы) лежит страна Гья-лаг-Одма, о которой много говорится в тибетских источниках. Как страна, так и город (столица), называются, согласно «Биографии Шенраба» («Зермиг», гл. XIII), одинаково. В этом городе великое множество храмов и много (буквально — «сто») огромных ворот. Геродот, говоря о Вавилоне, тоже упоминает «сто ворот», которые были в огромной стене, окружавшей город. Некоторые из ученых прошлого, пытаясь уличить Геродота во лжи, указывали, что ворот в Вавилоне было гораздо меньше сотни. Но все дело в том, что на востоке числительное сто часто не имеет конкретного значения и просто соответствует нашему слову много, но, видимо, в пределах сотни.
Жители этого города — самые искусные по части колдовства. Царь этой страны строит огромный храм, каждая сторона которого равна 125 пагцадам (Геродот, говоря о Вавилоне, указывает, что каждая его сторона равна 120 стадиям; I, 178-183). Чтобы обеспечить строительство храма рабочей силой, Царь покоряет демона Хада и его народ.
Область на западе на берегу Окружающего океана называется Берегом хадов. Окружающий океан в этой своей части соответствует Средиземному морю, а название хода — это, несомненно, ха-ат (первоначально — хетты), как называли в Вавилоне завоеванные в VI в. до н.э. народы южного побережья Средиземного моря вплоть до Египта.
.
Один из центральных культов в стране Гьялаг-Одма, по тибетским данным, это культ богини Иштар, или Астарты, «матери вечной сферы», который стоит на втором месте после солнца, а это могло иметь место скорее всего в Вавилоне.
Страна Гьялаг-Одма по своему географическому положению и по описанию, которое дается в тибетских источниках («Зермиг», гл. XIII), может быть только Вавилоном. Название Гьялаг-Одма, как мне кажется, является сильно искаженной транскрипцией вавилонского слова калду (халдей), или калд-му (земля халдеев). Заметим попутно, что некоторые названия на карте имеют вавилонские формы: Олмо (нововавил. Элам-му), Хосмо.
На запад от страны халдеев недалеко от берега Средиземного моря находится город Лан, или Лан-лин. Второй слог в составе названия может являться тибетским словом и означать сад, окруженный стеной. Судя по тибетским источникам («Зермиг», гл. II), город Лан (Ланлин) находится в стране, которая называется Берег хадов — Озеро, обладающее Мулестоном.
Название Берег хадов, т.е. хатти (хетты), указывает на области к западу от Вавилона, а также на восток по побережью Средиземного моря вплоть до Египта. В таком случае Мулестон (Пулестон) — это Пелестем, т.е. Палестина. А так как город Лан (Ланлин) является столицей этой области, то у нас есть основания допустить, что название Лан, или Ланлин — возможное сокращение от названия Салем, как было принято называть в древности Иерусалим на Ближнем Востоке.
Южнее Иерусалима в прибрежной зоне моря Окружающего, соответствующего в этой части морю Средиземному, расположен «город Насендры», т.е. Александрополис, или Александрия. Здесь же указано и название государства: «Страна демонов, крадущих людей». Видимо, древний Египет пользовался не слишком хорошей репутацией. Арабские географы VII в. н.э. отзывались о нем тоже не очень лестно. Немного южнее Александрии обозначены на карте «храмы серые, очень блестящие», т.е., вероятно, пирамиды.
На юго-востоке к Иерусалиму примыкает Драгоценный Пун (Финикия), который на самом деле был расположен севернее Палестины. Страна Пун упоминается в тексте «Биографии Шенраба». В предисловии к основному тексту говорится, что в стране Иран-Олмо писали пунскими (финикийскими), т.е. арамейскими буквами, а в другом источнике утверждается, что пунское письмо, которым пользовались в Иране, было двух видов: большое и малое.
Окружающее море по всей своей длине опоясано с внешней стороны горным хребтом, который называется Зубчатая ограда. В древней иранской космологии этот горный хребет известен под названием Каф.
На самом краю карты к северо-западу от Пасаргад на побережье Окружающего моря находится страна Богов орлов, которые крадут людей. В средневековом тибетском сочинении «Зиджид» эта страна упоминается в паре со страной Рим, охраняющий законы. Вероятно, имеется в виду Греция.
В южной части карты обозначены страны: Зан, Шаза-Лин-Кхрод, известные из тибетских трудов по географии как области древней Индии.
Восточнее Бактрии на карте стоит условный знак и пояснение к нему, гласящее, что там проходил путь, которым учитель Шенраб — основатель религии бон — проник в Тибет. Там же на карте схематически изображены высокие горы, около которых написано по-тибетски, что здесь находится пограничный знак, отделяющий Иран от Шаншуна (Северный и Северо-Западный Тибет). Из этой же надписи следует, что в качестве пограничного знака служило какое-то святилище бога огня в «огненной скале».
Ограничимся указанием на то, что путь из Ирана в Тибет мог проходить в первые века нашей эры, а возможно, и в более ранние времена, через Северное или Южное Припамирье, через Хотан и далее в западные районы Тибета.
Теперь, в заключение нашего обзора тибетской географической карты, попробуем определить еще несколько пунктов, исходя на этот раз почти целиком из их географического положения по отношению к уже известным. На востоке между страной саков и Бактрией находится область Сэнге-Гьяб-Нол. Ее можно отождествить с Согдианой — провинцией древнего Ирана, поскольку она была расположена как раз между саками и Бактрией. Далее на западе, севернее Вавилона, к Мидии примыкает страна Континент могучих богатырей, которую можно отождествить с Ассирией.
Об остальных географических названиях тибетской карты сказать что-либо определенное пока что не представляется возможным ввиду полного отсутствия каких-либо уточняющих данных.

Биография учителя Шенраба.

первая глава.

В первой главе (с. 2-15) говорится о том, что с древнейших времен в мире была одна религия — бон, суть которой состоит в связи богов с людьми, а эту связь между ними осуществляют жрецы. Первым учителем бона на земле был Тогьял-Екхен, который учился мудрости у бога Бумкхри (иран. Ахура), Обладающего языком молнии. Тогьял, проповедуя учение бон, спас многих от грязи бытия и помог им достигнуть блаженства. Но на огромное количество людей его проповедь не оказала никакого впечатления, потому что они изначально в былые времена творили только злые деяния, и потому у них нет даже зародышей добродетели.
Одни живые существа пылают гневом, как огонь. Другие кипят страстями, как вода кипит; третьи окутаны глупостью, невежеством, словно мраком. Одни порождают зависть, как земля порождает (плоды), другие крутятся вихрем гордыни, словно ветер. Они творят самые разнообразные недобродетельные дела, поэтому невозможно их спасти.
Так как проповедь Тогьяла не привела к желаемым результатам, к спасению всех людей, то он был вынужден покинуть мир. Было предсказано, что после него в мире появится учитель, небесное имя которого Салва (Ясный, или Светлый). В будущие времена после учителя Салвы появится в этом мире среди людей спаситель (третий и последний), небесное имя которого — Шена (Мудрый).

вторая глава.

Глава вторая — о родителях Шенраба (с. 15-39). Милосердие богов уменьшилось, закатилось учение бон, закатилось учение Тогьял-Екхена. Расширились и умножились страны мира, и у истоков четырех великих рек в стране, в западной части мира, между горами и скалами, было государство Элам - Длинная долина. Был там город Пасаргады. В том месте жили обычные люди, и было их четыре рода: великие; имеющие отношение к царскому роду; чистые, имеющие отношение к роду жрецов; низшие, имеющие отношение к роду землепашцев. В той чистейшей стране главным князем того города был выбран человек из царского рода. Был он великим человеком, благородным, появился на благо людей, заботился о живых существах. Его жена была таких же качеств, как и ее муж. Так как они заботились о людях, то у них весной в восьмой день полной луны родился сын. Когда ему исполнилось тринадцать лет, то он поехал в город Ланлин (Иерусалим), совершил там ритуальное омовение в озере (море), обладающем Мулестоном (Палестина), а потом взял в жены местную принцессу, с которой вернулся домой.

Третья глава.

Глава третья — о рождении Шенраба (с.39-78). На небе было божество (небесная душа) по имени Салва (Светлый), или Чистое дитя бытия, которое было милосердно и думало о благе живых существ. Оно отправилось к богу-жрецу Белый Свет (Митра) за советом. Божество изложило свое дело, сказав, что подготовило учение, которое оно хочет проповедовать. Бог Белый Свет одобрил его начинание и посоветовал появиться на земле в облике человека как наиболее подходящем виде. Божество Салва выбрал себе страну, город и семью, в которой (можно) родиться, и вошел чудесным образом в принцессу. Когда родился Шенраб, а было это на рассвете, то вокруг засиял свет, появилось множество чудесных знамений.
.

Четвертая глава.

Глава четвертая — о распространении учения Шенраба (с. 78-91). С неба появляются бонские божества, которые приходят к Шенрабу и просят рассказать об учении. Шенраб им говорит о пользе «черных заклинаний», с помощью которых можно покорить всех злых духов. Боги восприняли это учение и везде по всей земле покорили злых духов, которые мешают.
В это время учителю исполняется три года. Он совершает в озере омовение, после чего отправляется в Ланлин (Иерусалим) к деду по матери, имя которого — Сала, дабы почтить его своим присутствием. Узнав об этом, царь, царица и все жители очень обрадовались, набрали разных цветов и чисто вымылись. Шенрабу, который приезжает, воздают почести, делают подношения. Царь и жители этого города, все живые существа без исключения, становятся просветленными (озаренными). Причина этого, по словам Шенраба, состоит в том, что жители этого города уже в прежние времена очистились от мрака невежества и глупости. Поэтому, когда они воздали почести Шенрабу, то достигли полного совершенства и стали просветленными. Далее говорится о том, что в центре города находится высокий (длинный) храм (крепость). В этом храме, говорит Шенраб, многим живым существам будет проповедано бонское учение.
Затем учитель Шенраб совершает омовение на Берегу хадов (хеттов), после чего возвращается в Элам. Там он проповедует бонское учение, состоящее из трех разделов. Эта троичность понимается состоящей из тела (то есть действия), речей, или слов, и души (духа), с помощью которых совершается обращение в веру.

Пятая глава.

Глава пятая о том, как учитель в то самое время лично проповедовал бон, обращая (в истинную веру) Гтобу-Додде, когда тот был жив, самого большого грешника среди людей и живых существ, но не (смог) обратить его. Тот попал в ад живых существ, но учитель, проявив милосердие, помолился всем богам-жрецам и извлек (из ада) душу умершего (с. 91-150). В то время, когда учитель Шенраб проповедовал бонское учение своим ученикам, перед ним появился небесный посланник главного божества Бумкхри Мудрого (иран. Ахура-мазда). Этот посланник обратился к Шенрабу с такими словами: «Учитель Шенраб, Совершеннейший из мудрецов, Владыка всезнающих (которые думают) о благе живых существ, Обладающий мудростью знания всего! Царь бытия Мудрый (иран. Мазда) просил сообщить тебе (свое) послание». Такие слова он сказал и раскрыл драгоценный сундук, и сказал следующее: «О, учитель Шенраб! Мудрый Бумкхри (иран. Мазда Ахура) говорит: в странах мира северного есть страна под названием Мидия, есть далекая (крайняя) крепость под названием Дана (Экбатаны), есть отец, которого зовут Гтокхри-джетан-по (сильный князь Гтокхри), имя матери — Пьядгун-пункхри-ма, а сына Гто и Льяд зовут Гтобу-Додде. Люди той страны — этого (нашего) мира. Они имеют отношение к княжеским родам среди всех людей нет больших грешников: все они летают по небу, все они скользят по земле, ходят по воздуху. Будучи большими колдунами (волшебниками), искусны в (колдовских) способах. Очень искусные и внутренне сильные. Отрицают выкуп за убийство и убивают. Все они погрязли в пороках и говорят: «Так называемая будущая жизнь (после смерти) — ложь». Погрязли в пороках и испачканы кровью убийств. А другие — воруют, готовят армии, рушат высокие крепости, грабят слабые страны. Лошадей, (принадлежащих) людям, убивают ножами, режут скот для того, чтобы отдавать. По их мнению, таких стран, в которых осуществляют добродетели, меньше (нескольких) звезд восходящих. А таких, в которых осуществляют греховные дела, больше, чем плодов (которые можно) сосчитать на земле. К ним царь бытия Мудрый Бумкхри (иран. Мазда Ахура) проявил большое милосердие. Добродетельных людей Гтобу-Додде вовлекает в грех и держит, а имеющийся скот Гтобу-Додде уничтожает, убивает и держит (присваивает). Мудрый (иран. Мазда) очень опечалился и послал меня в качестве просителя. О, Шенраб! Прошу тебя обратить в веру обладающего грехом Гтобу-Додде», — так попросило дитя духа.
Учитель Шенраб так ответил: «О, знатное (благородное) дитя! Это нехорошо. Множество моих учеников, которых сотни тысяч, слушают здесь бон истинных и чудесных слов. Но там даже и одному грешнику Гтобу-Додде я не могу говорить (об учении)». Опять дитя духа попросило: «Вот это множество учеников учителя в прежней жизни с самого начала обладает очищением. Они увидели лик учителя, научились словам, просят научить их другим словам. Они грехов не совершают, накапливают множество добродетелей и достигают пределов (мудрости), получают высшее место. Но если не обратить Гтобу-Додде, то он каждый месяц будет убивать сотни тысяч живых существ. Но зато если обратишь (покоришь) Гтобу, то накопления добродетелей будет много. Прошу Вас быстро идти, о, учитель-лампада!» , — так оно (дитя) попросило.
Учитель некоторое время продолжает колебаться, но в конце концов небесный посланник его уговаривает. Учитель соглашается исключительно ради блага живых существ отправиться покорять Гтобу.
Учитель отправляется в поход и появляется в Мидии. Гтобу-Додде собрал армию, взял в руки оружие и сказал: «Появился человек, которого прежде не видал. Этого человека убью, а богатство его заберу». Сказав это, он бросился туда, где был Шенраб. Учитель Шенраб благодаря своей мудрости знал, что мирным способом его не покорить. Поэтому он произвел на свет свирепых великанов всех сторон света, которые появились из лучей света, излучаемых его телом. Эти гиганты были многорукими, многоголовыми и очень свирепыми. Армию Гтобу-Додде они частично подавили, частично победили, а сам Гтобу-Додде обратился к учителю с почтительными словами и, воздав ему хвалу, сказал, что признает себя подданным Шенраба. Гтобу заверил учителя, что отныне он будет очищаться от зла и осуществлять добродетели. Но веры у него не появилось, а обещание он дал единственно из чувства страха.
Затем Шенраб отправляется в резиденцию Гтобу, которая называется Крайняя крепость Дана (Экбатаны). Учитель прочитал жителям страны проповедь о том, что нужно молиться богам и делать им подношения (жертвы). В это время Гтобу за свою плохую деятельность угодил в ад. Потом учитель появился на границе между богами и демонами. В этот самый момент к учителю обратились с просьбой трое, которые сообщили, что устранили раздор между богами и демонами, и спросили о том, как вызволить из ада Гтобу. Учитель похвалил их за то, что они устранили раздор между богами и демонами. Вызволить Гтобу можно, по словам учителя, молясь богам и делая им подношения (жертвоприношения). Сказав это, он отправился в страну Элам.
Далее говорится о сущности бонской веры: Бон (тиб. молитва, ритуал) — это центр бонской свастики. Бон — это центр мудрости, бон — это центр неба, бон — центр появления, бон — центр бытия, и, таким образом, (все) рождается из пяти великих центров. В заключение напоминается о том, как важно молиться богам, так как благодаря этому можно очиститься от грехов.

Шестая глава.

Глава шестая — о почитании трехсот богинь (с. 150—221). Учитель проповедует в стране Элам. Из страны Хосмо-Линдруг приезжает царь со свитой и приглашает его приехать в свою страну. Сначала туда отправляются ученики Шенраба, а потом, после вторичного приглашения, и сам учитель. Там он проповедует о том, что надо почитать трехсот богинь для того, чтобы рассеять грехи (мрак) тела, слова и души. Царица той страны спросила Шенраба о признаках этих богинь. Учитель ответил, что бывают богини Творящие добро, Осуществляющие суть, Совершенный блеск и т.д. Перечисляются имена трехсот богинь. Люди той страны очистились от всех грехов. Учитель возвращается на родину.

Седьмая глава.

.
Глава седьмая — о женитьбе Шенраба (с. 221— 236). Учитель взял себе жену, чтобы быть, как все люди. Шенраб просит учеников, чтобы те сходили за знаменитым жрецом. Тот приходит, исследует жену и говорит, что у нее хорошие признаки (качества). Воздается хвала хорошим признакам жены Шенраба.

Восьмая глава.

Глава восьмая — о детях Шенраба (с. 236-309). У Шенраба рождается сын. Появляются боги, которые обмывают сына. Затем жрец исследует знаки (особенности) сына и находит их хорошими. Потом один из учеников спрашивает Шенраба о мире (вселенной) и тот отвечает: Число материальных миров непрерывно из ясного (света) выходит. Частное (отдельное) — вот имя этого мира, это есть название неизменного мира (вселенной). Трудно покорить его, и он действительно неизменный. Он единственный, опирающийся на основу эфира(ветра), равномерно возникая, равномерно разрушается. Он состоит из континентов и больших континентов, из мрака и большого мрака, железных гор и больших железных гор; каждый малый континент, а их три тысячи, окружен маленокими железными горами. Неизменные миры окружены большими железными горами, а меду каждыми континентами есть мрак, а большой мрак выходит из пустых железных гор, которых три тысячи... и т.д.

Девятая глава.

Глава девятая — о почитании тысячи богинь, бытия и богов-жрецов (с. 309-504). В то время учитель Шенраб Миво находился в саду разных трав и цветов в высоком (лучшем) месте — Элам Длинная долина, (находился) разрешая сомнения, вместе (со своим) сыном Гтобу-Бумсаном.
Затем учитель поехал в Страну цветов, откуда он направился в страну Кхридан-Бьямпа. Далее рассказывается, что у царя той страны был сын, который заболел смертельной болезнью. Прорицательница совершала заклинания, бонские жрецы совершали обряды отгонения несчастий, но все без пользы. Тогда прорицательница сказала, что нужно отдать в жертву любимого раба принца. Такое предложение вызвало сомнение у родителей, которые обратились за советом к жрецу. Тот ответил, что он не слыхал такого, что для лечения одного надо убить другого. Прорицательница настаивает на своем, а больной принц наотрез отказывается от такой жертвы. Раба, тем не менее, принесли в жертву, а принц все же умер.
Царь обратился с жалобой к Шенрабу. Тот ответил, что жизнь и смерть зависят от судьбы. Большой грех, по мнению Шенраба, пытаться увидеть невидимое и знать неизвестное. Царь спросил Шенраба о будущей судьбе принца, раба и других лиц, замешанных в этой истории. Шенраб ответил, что за свою доброту принц и раб возродятся в раю, тогда как причастные к убийству окажутся в аду, возродятся скотами и т.п.
После беседы с царем Шенраб собирается домой. Царь обещает ему трудиться на благо живых существ. На прощание учитель читает проповедь о почитании богов: сначала воздается хвала матери всего сущего богине Сатриг (Астарте), затем богу-жрецу Белый Свет (Митре) и, наконец, царю бытия Мудрому Бумкхри (Ахурамазде).

Четырнадцатая глава.

Глава четырнадцатая о том, как Шенраб объяснял смысл восемнадцати обрядов (с. 796-918). В то время сыновья Шенраба обратились к своему отцу с такими словами: «Необычайно удивительный храм, серый, блестящий, морской страны Тхобар искусные демоны поставили, (и он) непоколебим. Могучий (жестокий) Бад, бог, растирал (полировал), и он блестит. Совершенный Ко, божество, делал, и он есть (существует). Люди, обладающие прекрасными руками, получили его и закончили, а благополучно идущие (жрецы) благословили его. Но если сам учитель Шенраб, обладающий даже спасением, не одарит (нас словами), то хотя и было бы потом учреждено учение троичное, но счастье будет недолго, не будет увеличения достижения пределов (совершенства), нельзя будет трудиться на благо людей, живых существ» .
Шенраб отвечает, что нужно почитать богов, делать подношения, совершенствоваться. Учитель устанавливает обряд украшения дерева. Другой обряд состоит в том, что правая ладонь руки прикладывается ко лбу, а левая ладонь — к сердцу, и при этом читается молитва. Затем в чистый красивый сосуд наливается вода, которой поливают траву. Далее, воздается хвала богине Сатриг, богу-жрецу Белый Свет и Мудрому Бумкхри.

Пятнадцатая глава.

Глава пятнадцатая о том, как учитель покидал свой дом, чтобы стать отшельником, но все его уговаривают не делать этого. Шенраб непреклонен в своем решении и на прощание дает наставления своим ученикам. Он не рекомендует употреблять в пищу мясо и кровь потому, что это еда демонов-людоедов: Душа живого существа находится в его мясе и крови, поэтому тот, кто губит ее, будет за это неизбежно расплачиваться. Учитель также осуждает употребление чеснока и лука, так как они отгоняют от людей небожителей. Он также запрещает употреблять опьяняющие напитки, так как они одурманивают сознание. После того, как учитель покинул дом и стал отшельником, все охраняли законы, и везде и повсюду царило полное благополучие.

Семнадцатая глава.

Глава семнадцатая о том, как учитель вышел (умер) из непостоянного мира страданий (с. 1022— 1108). Демон искушает Шенраба, уговаривая его не торопиться с уходом из этого мира. Учитель отвергает его доводы и умирает. В качестве лучшего места для похорон Шенраба его последователями была выбрана Согдиана (Средняя Азия) — самая прекрасная и светлая страна из всех областей мира.
Она (страна для похорон) — (должна быть как) сердце (сущность) счастливых земель. Если небо, как колесо с восемью листьями (лепестками), то эта земля счастливая. Если (там есть) гора Юндрун-Гуцег, то эта страна счастливая. Так как есть это в Согдиане, то эта страна счастливая. Так как в лесах лекарства и живительный нектар, то эта страна счастливая... и там лучше всего очистить сожжением божественный труп Шенраба.
Тело Шенраба было очищено сожжением в специально для этой цели построенном доме. Этой церемонии предшествовали сложные ритуальные обряды. Останки были потом помещены в специальный сосуд.

Восемнадцатая глава.

Глава восемнадцатая и последняя о том, где и когда появится будущий учитель, или спаситель (с. 1108-1124). Согласно пророчеству самого учителя Шенраба, в будущие времена продолжительность жизни людей будет постепенно сокращаться. Причина заключается в том, что люди не смогут избавиться от пороков и страстей, поэтому они будут постепенно деградировать. Когда продолжительность жизни людей сократится до десяти лет, тогда появится последний учитель, которого зовут Любовь (Любимый). Он появится в стране Совершенное высокое (лучшее) место Элам Длинная долина во дворце Пасаргады. На этом заканчивается «Биография Шенраба».

Доктрина.

В биографии учителя Шенраба много раз повторяется одна и та же формула, которой, очевидно, придается большое значение: Бон — это бог, рожденный из центра юндрун (бонской свастики — Б. К.), бон — это жрец, рожденный из центра юндрун, т.е. бон соединяет в себе божество и жреца. Напомню, что бон по-тибетски означает молитва, ритуал. Что касается юндрун, (свастики) то это древнейший символ солнца и света у всех индоевропейских народов, а также у многих других. Типичное бонское изображение его в виде креста с изогнутыми концами с направлением их против часовой стрелки чеканились на золотых персидских монетах дариках.
Главными богами религии Шенраба были Ахура-мазда, Митра и Анахита. Наряду с ними существует множество других богов, менее значительных, число которых не поддается исчислению. Обожествляются стороны света, стихии: вода, огонь, земля, ветер. Не только любой человек может свободно принять эту веру, но и любое божество любой религии может свободно войти в нее и занять соответствующее место при условии принятия этой веры. И даже более того: любой дух, бес, демон может войти в нее на общих основаниях и нет, таким образом, ни обиженных, ни отверженных.
Другой не менее важной особенностью является попытка установить соотношения между главными богами разных стран и показать, что все они — одни и те же божества, несмотря на разные имена. Одна из основных идей, которая настойчиво проводится в «Биографии Шенраба», это та, что все религии представляют собой, по существу, разновидности одного и того же явления. Поэтому настойчиво проводится мысль о соединении их всех в одну, хотя бы и чисто формально, но под эгидой персов.
Говоря об этом, я имею в виду идею, которую проповедовал Шенраб: о необходимости всех людей понять, что все они, где бы они ни жили, кем бы они ни были, верят в одних и тех же богов. Хотя представление об этом возникло задолго до Шенраба, но только в VI в. до н.э. оно становится государственной политикой великой империи.
Поклонение богам, согласно учению Шенраба, одна из основных обязанностей верующего. С помощью молитвы, обращенной к богу или к богам, люди могут добиться спасения души даже самого закоренелого грешника. Но каждый должен совершать не только молитвы, но, с помощью жрецов, и жертвоприношения богам и прочие ритуалы.
Один из главных обрядов бонской религии — ритуальные омовения, которые совершаются каждый раз, когда происходит какое-нибудь радостное или значительное событие. В основном говорится о коллективных омовениях, но упоминаются также индивидуальные. При этом омовения (очищения) понимаются не столько в физическом, сколько в духовном смысле. Помимо воды очистительной силой обладает также огонь.
Остальные обряды, установление которых приписывается Шенрабу, также являются характерными почти для всего Ближнего Востока: украшение дерева и поливание травы водой (особенно в Месопотамии) , прикладывание ладоней рук ко лбу и сердцу. Обряд поливания травы водой, несомненно, мог появиться только в жарких и засушливых странах, в которых вода и зелень символизируют жизнь. О существовании этих обрядов в Тибете ничего не известно, и в тибетских источниках разного времени мне не приходилось встречать на этот счет какие-либо намеки.
Заслуживает внимания описание погребения учителя в главе XVII «Биографии Шенраба», имевшего место в Согдиане, которая, согласно упомянутому источнику, самая прекрасная и светлая страна из всех областей мира. В Авесте о Согдиане говорится как о второй, лучшей из областей и стран, созданной Ахурамаздой. Забегая вперед, заметим, что распространение в Центральной Азии митраизма разного рода тибетские источники и документы связывают с Хорезмом и Согдианой, что подтверждается данными археологии.
Обряд похорон Шенраба совершается следующим образом: «Положили (в колесницу) старые (т.е. прежние его) вещи, чехлы; разостланные шкуры постелили под седалище. Попросили посадить его (Шенраба), как живого, не умершего, в начале колесницы, (у которой были) драгоценные колеса». Играет музыка, читается молитва. Затем тот, кто читал молитву, тащит за собой колесницу. Потом телу Шенраба делаются подношения. Подносятся цветы («жертвоприношение цветами»), «совершается уважение дымом», т.е. совершается обряд окуривания дымом тела умершего с целью очищения его от скверны. Окружающие плачут, причитают: «Учитель — отец мира, а мы — его дети. Мир без него опустел, и мы, как слепые без поводыря», и т.п.
Затем тело умершего помещается в золотой гроб и «удовлетворяется дымом, светом огня, удовлетворяется мясом и кровью». «Делаются подношения богу Премудрому, чистому, ради тела». Говорится, что тело умершего очищается этими ритуалами. На ладонях рук Шенраба рисуются солнце и луна. Те же символы изображены на «доме сожжений». Этот дом сожжений построен из четырех вертикальных столбов и, с каждой стороны, из четырех поперечных балок. Гроб с телом умершего помещается в этот дом, после чего дом поджигается. После того как дом и то, что находится в нем, сгорает, прах умершего помещается в «сосуд (кувшин) останков», который затем погребается.
В Эрмитаже в отделе «Первобытная культура» (залы 25-26, 28-32) детали этого погребального обряда представлены во всей полноте: бревенчатый сруб, колесница, вещи умершего. На некоторых вещах можно видеть символы солнца и луны. Погребения этого типа были обнаружены экспедицией проф. С. И. Руденко на Алтае. Подробнее об этом будет сказано ниже, здесь же мы ограничимся замечанием, что погребения, о которых говорилось выше, являются иранскими, среднеазиатскими. В Средней Азии (Хорезме) практиковалось как погребение останков умершего, так и сожжение погребального сооружения.
Погребальные обряды разных народов имели тесную связь с религиозными воззрениями этих народов, с их культурой и всегда отличались большой устойчивостью. Эти обряды являются надежным признаком для определения культуры, к которой они относятся. Описание обряда похорон, которое содержится в тибетском источнике, вполне убедительно говорит о принадлежности обряда к иранской, митраистской, культуре народов Средней Азии.
Теперь перейдем к вопросу о сущности бонской веры. Первое, что бросается в глаза, это вполне четкий дуализм света и тьмы, добра и зла. Носителями света, добра и истины являются главные боги: Мудрый Ахура (первоначально — Небо), Митра (Дневной Свет) и Анахита (планета Венера), причем в древнейшей индоиранской религии первые два божества были настолько тесно связаны одно с другим, что представляли собой как бы одно целое. Этим главным богам сопутствует великое множество богов-люминофоров, т.е. светоносных божеств.
Напротив, демон, или злой дух, и его армия, сонмище нечистой силы, олицетворение зла и всех пороков, пребывает в царстве тьмы и в аду. В некоторых случаях в словах, которые вкладываются в уста главного демона, отрицающего учение Шенраба, можно видеть отголоски древних арийских представлений: «Люди, которые сражаются (в битвах), идут к миру и не сражаются, люди злобствующие идут к миру и не злобствуют. Люди, которые имеют сжигание огнем, теперь идут к несжиганию» (гл. X).
Шенраб появляется на земле по воле богов, учение которых он должен распространить среди людей. Шенраб не божество, а человек, хотя связь его со светоносными богами и со светом проявляется вполне определенно. Его постоянные титулы — жрец и учитель, и он только один из множества учителей, появлявшихся в разные времена и проповедовавших одно и то же учение, учение великих богов о свете и добре, о связи между богами и людьми через посредство жрецов, а также о необходимости вести борьбу против зла, лжи и обмана, против демона и злых духов.
В области бонской этики мы находим те же самые идеи, которые присущи почти всякой религии: нужно стремиться делать добро и правильно, праведно вести себя, удаляясь от зла, плохих и грязных поступков и пороков. Каждый человек должен прежде всего избегать следующих четырех основных грехов: «убивать, осуществлять нечистое или грязное, воровать и врать». Тому, кто не будет избегать всего этого, угрожает в будущем ад или другое столь же неприятное наказание. Также осуждается страсть, гнев и глупость.
В бонской религии, согласно «Биографии Шенраба», осуждается употребление в пищу мяса и крови, так как в нем заключена душ живого существа. Для сравнения укажем, что и пророк Моисей запрещал употреблять в пищу кровь по тем же соображениям (Левит, XVII, 14). Шенраб осуждал также употребление всяких одурманивающих напитков (ср.: Левит, X, 9).
На основе изложенного можно сделать пока что следующие выводы. Главные боги Шенраба — это Ахурамазда, Митра и Анахита (Астарта), наряду с которыми существует множество других более мелких богов. Поэтому мы можем назвать эту религию митраизмом, по имени ее основателя.
Одна из основных концепций этой религии заключалась в том, что все народы на земле верят в одних и тех же богов, хотя называют их по-разному, каждый на своем языке. Отсюда следует вывод об универсальности митраизма и претензии его на то, чтобы стать всемирной религией: все необходимые предпосылки для этого в нем уже были.

Несколько слов о структуре учения бон. В каждую эпоху бон излагался по-разному. Самая древняя версия бона называется бон двенадцати знаний:

  1. бон божеств — наука о защите;
  2. бон ча — учение о процветании;
  3. ритуалы выкупа, или наука о судьбе;
  4. шен бытия, или правила похорон;
  5. ритуалы очищения;
  6. освобождение от чужой магии;
  7. медицина;
  8. астрология;
  9. ритуалы то, предотвращающие несчастия от вредоносных существ;
  10. ритуалы оленя, или учение о полете;
  11. гадания;
  12. бон магии разрушения.

Современность.

Бон дожил до наших дней, и сейчас происходит его возрождение. Трагедия изгнания духовной элиты Тибета постигла и бонских учителей. Подобно буддийским ламам, они постепенно освоились в новых условиях. Начало было изнурительным и для многих гибельным. Монахи бонского монастыря Мэнри оказались в штате Химал-Прадеш в северо-западной Индии. Многие из них, вынужденные стать строительными рабочими на дорогах, порой заболевали и умирали. Бонский учитель Лобон Тэн-зин Намдак собрал средства и организовал бонское поселение в Доланжи, зарегистрированное в 1967 г. как «Тибетская бонская организация». Постепенно в Доланжи возродился бонский монастырь Мэнри.
С 1968 г. монастырь возглавляет Лобон Тэнзин Намдак, организовавший образовательный процесс для молодых бонских лам. Целью учебного колледжа в Доланжи стало сохранение бонской философской традиции с программой изучения Сутр, Тантр и дзогчена. В отличие от подобных школ буддийской школы ньингма, здесь система логики и искусства диспута разработана в соответствии с метафизикой дзогчена. Десятилетний курс обучения включает пять наук: логику, абхидхарму, Праджняпарамиту, мадхьямику и Винаю. В 1986 г. состоялся первый выпуск. Тем временем в Непале, в Катманду, недалеко от знаменитой буддийской ступы Сваямбху-натх открылся еще один бонский монастырь Тритэн Норбуцэ. В конце 80-х годов был организован «Институт по изучению бона». Целью института является изучение древнего культурного наследия Тибета и, прежде всего, исследование бона, собирание текстов, сохранение и перевод их, а главное, воодушевление самих тибетцев к сохранению своего бесценного наследия, к пониманию его культурного, интеллектуального и эстетического значения.
В последнее десятилетие XX в. появились центры изучения и практики бона наподобие буддийских дхарма-центров в Европе и Америке. В 1997 г. первый бонский учитель приезжает в Минск. Ныне общины последователей бона есть и в Москве, и в Санкт-Петербурге.

Составлено по книге Б.И. Кузнецова «Бон и маздеизм»

опубликовано
2 апреля 2006